30.12.2017

HIM. One last time

На рубеже XX и XXI веков мы узнали о том, что существует такая странная и непривычная глазу и уху группа, как HIM. Основой нашего плейлиста в тот период были Бритни Спирс и Кристина Агилера, поэтому при первом просмотре клипа Join me (который между собой мы окрестили красно-зеленым из-за его цветовой гаммы) у нас был не то, чтоб совсем шок, но какое-то внутреннее неприятие того, что происходит на экране и доносится из динамиков. Какой-то манерный, разукрашенный похлеще той же Бритни человек, половая принадлежность которого вызывала вопросы и угадывалась только по тому, что в клипе он мелькал без майки, пел необычным голосом странные вещи. Детская психика не была готова к такому :) Я сопротивлялась, противилась и старалась внушить всем (а в первую очередь – самой себе), что мне такое никогда не сможет понравиться, потому что это ерунда несусветная. Проблема была только в одном. На тот момент мне это УЖЕ нравилось! И песня, и странный исполнитель, и непонятный клип – все вместе они оставили настолько сильное впечатление, что через какое-то время стена моего неприятия пала. Это и стало началом долгой истории, которая продолжается уже без малого 18 лет.


В подростковом возрасте я любила Ville больше, чем HIM. Было в его образе что-то такое, что не оставляло девочек равнодушными. Хотя он вел абсолютно неприемлемый для меня образ жизни, странно шутил и преподносил себя так, что никогда невозможно было предугадать, что он выкинет в следующую секунду. Поэтому все интервью/концерты/выступления и пр. всегда смотрелись с немой просьбой «Только не разочаруй меня своими выходками». И он никогда не разочаровывал, ни разу за все эти 18 лет. Наверное, я сейчас навскидку могу вспомнить только один эпизод, из-за которого мне было ужас как не по себе: какому-то журналу Ville рассказывал, что у него астма, и при его образе жизни он едва ли протянет до 30 лет. Это сейчас я понимаю, что в своих интервью он часто нес околесицу, шутил с серьезным видом и был просто богом сарказма. Но тогда это его признание стало для меня катастрофой вселенских масштабов, и я мысленно отсчитывала, сколько у меня времени до его 30, чтобы успеть его встретить :)

До сих пор не могу понять, почему мы, слушая группу с 10 лет, впервые попали на их концерт только в 2015. Ведь они часто наведывались в ту же Польшу, и у нас было столько возможностей. Но как вышло.. В конце 2017 года мы поехали на наш второй их концерт. Второй и последний. Понятия не имею, почему участники группы решили, что HIM как явление на мировой сцене себя изжило. Не понимаю и не хочу принимать. Но это их выбор, и нам остается только смириться с ним. Возможно, 26-летняя карьера вымотала их настолько, что они просто не видят, каким может быть будущее группы.

26 лет. Когда они появились как коллектив, я пешком под стол ходила. Сейчас я нахожусь в том возрасте, когда уже можно плясать на столе (чего я, конечно, все равно делать не собираюсь), а они отыгрывают свой прощальный тур. В новогоднюю ночь они выйдут на сцену в последний раз – и это будет все. Сейчас я очень хорошо это осознаю, но во время пражского концерта мне вообще не верилось в такой финал. Они улыбались, общались больше между собой, чем с аудиторией и вели себя так, будто это просто очередной концерт очередного тура и через пару лет они снова вернутся на эту площадку с новыми песнями. Не было каких-то долгих слезовыжимательных речей о том, как им жаль завершать карьеру и все такое. Ville ходил по сцене довольный, я бы даже сказала светящийся счастьем. Поэтому за весь концерт я так и не смогла прочувствовать, что это не просто концерт, а прощание с группой. Честно говоря, я была даже рада, что все действо не превратилось в панихиду по HIM, потому что это последнее, чего мне бы хотелось от этого выступления.

Они отыграли стандартный плейлист (кажется, в нем было почти все песни, которые нужно было услышать на прощание, разве что Bury me deep inside your heart и One last time мне лично не хватило). Отыграли машинно, стандартно, заученно. Но этот Ville.. Он даже самые обычные вещи делает так, что на него смотришь, стараясь моргать как можно реже. Есть в нем что-то магнетическое, что невозможно глаз отвести. Плевать на его вредные привычки, которые не могли не сказаться на внешнем виде. В свои 41 он все равно выглядит так, что я чувствовала себя 13-летней школьницей, влюбленной в старшеклассника, когда на концерте мы пару разу пересекались взглядами. Даже страшно представить, насколько тупейшим и счастливым одновременно было мое выражение лица в те секунды :D

В общем, на концерте я не думала о том, что это конец, и не вела обратный отсчет песням. Даже когда мы вернулись в отель, все было ок, никаких трауров и сожалений. А когда на следующее утро сели в автобус до Минска, включила HIM – и меня накрыло с первых же нот. Возможно, я искусственно сдерживала себя, успешно закрывала глаза на очевидные факты, не знаю. Но когда Ville запел мне в наушниках, у меня случился какой-то неконтролируемый водопад из слез. Благо автобус был пустой (что называется, реви – не хочу), потому что у меня реально не получалось взять себя в руки. Мне было грустно от того, что еще утром мы проснулись в одном городе с HIM, а сейчас автобус уносил нас за сотни километров от них, от того, что мы успели попасть всего на 2 их концерта, от того, что осталось еще столько песен, неуслышанных вживую. И от того, что шанса увидеть и послушать группу еще хотя бы раз, скорее всего, больше не будет. В какой-то момент я подняла взгляд – а на меня с укором («Не реви, разводишь тут сырость!») смотрела камера наблюдения. Уж не знаю, с каких пор их стали устанавливать в автобусах, но мне стало настолько неловко, что аж все страдания закончились от неожиданности :)

До и после нашего концерта в Праге у каждого второго посетителя читала о том, что на концерте они прощались с детством/юностью. И неважно, 20 лет им сейчас, 30 или еще сколько там. И этот факт как нельзя лучше описывает ситуацию. На самом деле, нам не так уж тяжело отпускать группу. В конце концов, они все остаются на этой планете, у них наверняка будут свои проекты, а у нас – возможность встретить и услышать их снова, пусть даже порознь. Более того, даже reunion через N лет не кажется мне такой уж невероятной идеей (сколько там уже Scorpions колесят с прощальными турами и все никак не уйдут на покой?). Но вот от чего нам всем действительно до слез обидно – с прощальным туром приходится отпускать те воспоминания, что связаны с HIM. Вернее даже не так: отпускать их и не требуется, просто со временем они сами начнут меркнуть, потому что не будет больше «поддержки извне». Не будет больше виновников и авторов этих воспоминаний. И от этого – больно :(

Когда концерт закончился, у нас была мысль задержаться и подождать группу. Едва ли они вышли бы к фанатам, это мы понимали и не верили в то, что что-то в их привычном поведении изменится. Но просто взять и уйти вместе с разгоряченной толпой, вывалившейся из клуба, казалось как-то.. неправильно что ли. Раз уж прощаться, то по-настоящему. Нам повезло, что выход из клуба был только с одной стороны. Не повезло в том, что выходов оказалось два :) Приходилось патрулировать оба, периодически прохаживаясь на проверку от одного к другому. Минут за 30-40 поток зрителей практически сошел на нет. Нас оставалось около десятка человек у одного выезда и чуть больше у второго. На этот раз наша интуиция нас не подвела: мы оказались у того, откуда вскоре выехала группа. Они сидела в скромном фургоне, я даже не уверена, что все присутствующие поняли, что это HIM поехали. Ville, понятное дело, видно не было – скрылся где-то в недрах машины. Зато на первом сидении возле водителя сидел Mige и кто-то еще возле него, у меня так и не получилось разглядеть, кто. Когда наши взгляды встретились, я не придумала ничего лучшего, кроме как просто помахать им. И он заулыбался и помахал в ответ. 12-летняя я, наверное, считала бы себя после такого какой-нибудь избранной :) Но 28-летняя версия меня уже разучилась эмоционально реагировать на подобное. Мне из окна махал обычный человек, такой же, как я сама и как все люди вокруг. Машина медленно проехала мимо нас и вывернула на дорогу, а там случилась какая-то заминка, она на несколько секунд остановилась. И я смотрела им вслед, смотрела на подмигивающие нам красные фары и осознавала одну непростую вещь. Вот прямо сейчас, в эту секунду мое детство уезжало от меня в этом зеленом фургончике, и я была бессильна что-то сделать. Все, что мне оставалось, – просто молча провожать HIM взглядом и до мелочей запоминать этот момент, так, чтобы он отпечатался в каждой клеточке меня навечно..

Да, группе на существование осталось чуть больше суток. Но зато у меня впереди вся жизнь на то, чтобы их слушать и любить. А еще – верить, что 2 декабря у нас была не последняя встреча.

К.

1 комментарий: